Н.Б. МИРОНОВА

Московский государственный инженерно-физический институт

(технический университет)

ЦЕЛОСТНОСТЬ И ГЛОБАЛИЗАЦИЯ СУБЪЕКТИВНОСТИ В НООСФЕРНОМ ОБРАЗОВАНИИ

Обращение к проблеме целостности мышления человека имеет глубокие философские основания. Проблема человека  всегда была центральной проблемой философского дискурса. Но в ХХ веке вдруг возник вопрос об «антропологическом повороте» в философии, который был продиктован не столько стремлением обобщить и систематизировать накопившиеся знания о человеке, сколько ситуацией «человеческого кризиса». Возникло ясное осознание, что человек больше не является господином во Вселенной, венцом эволюции. Перед ним встала проблема его конечности – не только индивида, но и человечества в целом, что породило чувство заброшенности, случайности существования и непредсказуемости судьбы. Но если ХIХ и ХХ вв. ознаменован «антропологическим поворотом», то нынешний рубеж ХХ и ХХI вв.  считается эпохой «постантропологии». ХХ в. неоднократно справедливо определяется как век глобального и всеохватывающего феномена «пост»: постиндустриального общества, постструктурализма, постмодернизма, постклассической, затем и постнеклассической науки. Своеобразный гипнотизм этой безличной приставки является отчасти проявлением размытости ценностей, амбивалентности оценок, текучести смыслов, характеризующих состояние сознания и настроений, преобладающих в наше время, время постмодернизма и конца истории.

Современный человек живет не столько ожиданием превышения критического порога экологической опасности и углубления демографических проблем, сколько переходом человека и общества в виртуальное состояние, порождающее виртуального человека – человека-имитатора. Происходит виртуализация жизни,  повышается удельный вес искусственных форм в человеческой жизни. Такое удвоение реальности, форм бытия порождает не только трудности психологического плана, но и необходимость новой социализации.

Речь идет о возможностях клонирования человека, о создании биологических роботов, киборгов, саморазвивающихся кибернетических устройств, которые заживут самостоятельной жизнью. Это может привести к окончательному отрыву человека от природных основ своего существования. Человек может окончательно утратить живую связь с окружающей средой и со своей внутренней природой. Проблема пересмотра всей системы отношений человека с миром и с самим собой обостряется и в связи со становлением массового общества и массового человека. Ощущение, проистекающее из сознания невозможности изменить происходящее, характеризуется состоянием, которое называется постдействительностью.

Постантропологическое мышление отказывается от претензий на тотализирующую роль дискурса о человеке. Реальным результатом постантропологического мышления становится то, что различные социальные институты обретают большую ценность, чем человек. Социальная практика, институционализируясь, приобретает самодовлеющий характер и подчиняет человека себе. Противоречивый характер человеческого существования, обнажающий двойственность природы человека между добром и злом, хаосом и порядком, рождает и концепции, отражающие спектр альтернатив этого существования, диапазон которых варьирует от крайнего пессимизма до безоглядного оптимизма.

Исходя из концепции «стратегии выживания» человечества, выдвинутой  А.Печчеи, сегодня приходят к выводу о необходимости нового гуманизма, вписанного в технологический век с его компьютерами, микроэлектроникой, лазерами и т.д.. Особенность нового гуманизма заключается в том, что он имеет свои этические и моральные основы во внутреннем мире человека.

Новая трактовка гуманизма становится возможной лишь в условиях расширения горизонтов рациональности, что неизбежно связано с изменением представлений о человеке, с расширением «антропологических констант», что знаменует становление нового этапа в развитии философской антропологии, связанного с уточнением места человека во Вселенной. Вполне естественно, что в настоящее время проблема места и значения феномена жизни, в частности человеческой жизни во Вселенной, представляет большой интерес.

Обращение к этим проблемам, сочетающее актуализацию глубинных философских проблем с поиском современных технологий, обращенных к целостности человека, характерно для современной концепции ноосферного образования. Она является своеобразным мостом, объединяющим гуманистические  тенденции прощлого с современной устремленностью человека к новому этапу развития, без перехода на котороый обозначенные проблемы будут только возрастать. На современном этапе  принцип Сократа «Познай самого себя» является средоточием поисков, осуществляемых в концепции ноосферного образования.   

По Сократу, душа не может постичь истину, если она «не беременна». Ученик, душа которого «беременна» истиной, нуждается в помощи духовного повивального искусства для освобождения истины на свет. Это и было «майевтикой» Сократа – искусством помогать мысли, уже содержащейся в сознании каждого человека, появляться на свет.

«Философия, которая до той поры понималась как интеллектуальный монолог, -пишет Э.Кассирер, - превратилась в диалог. Только с помощью диалогической или диалектической мысли можно было подойти к познанию человеческой природы»[1]. До Сократа истина понималась как готовая вещь, которая может быть схвачена и усвоена путем индивидуальных усилий мыслителя и передана другим. «Однако Сократ уже не придерживался такой точки зрения. Нельзя, сказал Платон в «Республике»,- внести истину в душу человека, как нельзя заставить видеть слепого от рождения. Истина по своей природе – дитя диалектической мысли. Прийти к ней можно только в постоянном сотрудничестве субъектов, во взаимном вопрошании и ответах. Она не походит, следовательно, на эмпирический объект – ее нужно понимать как продукт социального действия. Уже здесь налицо новый, хотя и непрямой ответ  на вопрос: «Что такое человек?»[2].

Человек оказывается существом, которое постоянно ищет себя самого, которое в каждый момент своего существования  испытывает и перепроверяет условия своего существования. В этой перепроверке, в этой критической установке по отношению к собственной жизни и состоит реальная ценность этой жизни. «А без...испытания жизнь не в жизнь для человека»[3], - говорит Сократ в «Апологии». «Мы можем резюмировать мысль Сократа, - пишет Э.Кассирер,- сказав, что он определяет человека как такое существо, которое получив разумный вопрос, может дать разумный ответ. Так понимается и знание, и мораль. Лишь благодаря этой основной способности давать ответ самому себе и другим – человек и становится «ответственным» существом, моральным субъектом»[4]. Этот первый ответ в известном смысле навсегда остается классическим.

Итак, основное содержание сократического знания составляет «абсолютная ценность нравственного намерения» и достоверность, которую обеспечивает выбор этой ценности. Конечно, это современное выражение, Сократ бы такое не употребил. Но оно подчеркивает всю значимость сократовской идеи, являющейся фундаментом ноосферных технологий образования.

Если для Сократа человек только тот, кто познает и творит добро, то для софистов человек – центр культуры, ее творец во всех ее проявлениях. А значит важны и способы трансляции этой культуры.

Греки рано стали понимать культуру не как нечто естественное, извека данное, а как сумму искусственных средств и ценностей, обретенных людьми позже. В связи с этим хотелось бы особо остановиться на особом течении греческой досократической мысли, а именно на практике и теориях, вызванных к жизни глубочайшей потребностью греческого менталитета, стремлением воспитывать и наставлять[5], заботой о том, что именовалось у греков paideia[6].

Пайдейя – воспитание, обучение, в широком смысле – образование, образованность, просвещение. При этом образование выступает как система мер по формированию полноценного члена общества, свободного и полноправного гражданина, т.е. принимающего на себя ответственность за все происходящее в обществе. В греческом городе-полисе образование было одновременно «воспитанием», «возделываем», «формированием».

Пайдейя означает образование и воспитание как формообразование человека через овладение культурой, универсальным знанием и добродетелями, составляющими сущность бытия. Более общее значение пайдейя – внутренняя жизнь, духовность, культура как высшее богатство человека, которое его душа «носит с собой», даже после смерти. Добродетель не дается от рождения, но основывается только на знании.

В этом и состояла цель пайдейи: развить в человеке разумную способность суждений и эстетическое чувство, что и позволяло ему обрести чувство меры и справедливости в делах гражданских и частных. Причем гарантом стабильности и порядка были даже не законы (хотя на их защите стояли отеческие боги), а сам природный порядок, укоренившееся в сознании представление о рациональном, вечном, жизненном, а значит божественном порядке вещей.

Элементы античной пайдейи прочно вошли в фундамент европейской культуры. Это – права и достоинство личности,  высокая оценка творческого начала в деятельности личности, высокая оценка знания, науки, искусства, философии. Пайдейя как общееевропейский принцип формирования личности путем передачи рациональной системы знаний предполагает, что человек формирует себя как определенную целостность. В центре воззрений личности находится его собственное «Я», которое остается единственным обожествленным предметом. Для греческого субъекта пайдейя предметом интереса перестает быть пошлое и будущее, все для него сливается в настоящем. Настоящее – единственная ценность и исходный пункт личностно-ценностного воззрения на мир.

Важнейшей составляющей древнегреческой пайдейя была «забота» как фундаментальная предпосылка «формообразования» человека. По Сократу, «познав самих себя, мы одновременно познаем заботу, в которой нуждаемся». В Платоновских диалогах можно вычленить глобальную теорию «заботы о себе» как необходимости определенной «Технологии»  обращения со своим Я для постижения истины. Развивая идеи древнегреческих философов о пайдейя Мишель Фуко полагал (в лекции «Гереневтика субъекта»), что забота о себе» равнозначна заботе о своей душе, она должна способствовать развитию умения заботиться о других , наконец, управлять ими.

Вместе с тем в Европе пробивало себе дорогу и более глубокое определение сущности образования, не сводимого только к технологии передачи и усвоения знания, но включающего также специфически человеческий способ его целостного преобразования на пути «возрастания к гуманности»(И.Гердер). К идеям «века расцвета педагогики» как к насущной необходимости обращались в свое время древреримские мыслители Цицерон и Сенека, и именно здесь рождается близкое пайдейя понятие humanitas, на что позже обратил внимание Хайдеггер в «Письме о гуманизме»: наша забота должна быть обращена на возвращение человеку человечности (Humanitas), « негуманный» – это человек «отпавший от своей сущности». В наше время функцию «гуманизации» чаще всего передают самостоятельному процессу воспитания, оставляя образованию передачу накопленного предшествующими поколениями знания и профессионализацию. Определенные воспитательные эффекты и процессы социализации рассматриваются при этом как «побочный продукт». В действительности же то, что в образовании считается лишь сопутствующими моментами – вхождение в культуру, социализация и гуманизация, - являются для общества не менее значимыми, чем собственно овладение общим и специальным знанием. В культуре и в социуме осуществляются два встречных процесса, из которых складывается образование: первый, по Гегелю, подъем индивида ко всеобщему опыту и знанию, поскольку человек не бывает от природы тем, чем он должен быть; второй – субъективизация всеобщего опыта и знания в уникально-единичных формах «Я» и самосознания..

Утрата гуманистической традиции усугубилась тем, что в европейской культуре образование перестало связываться с воспитанием добродетели, представление древних о пайдейя «выродилось» в интеллектуальное совершенствование и накопление знаний, тогда как необходимость развития этических способностей, «забота о себе» как нравственном совершенствовании были утрачены.

Современная ситуация в обществе и культуре, обеспокоенность философов о судьбе «негуманного» человека, не заботящегося о самовоспитании, вновь выдвинула пайдейя древних греков на передний план.

Идеи пайдейи сегодня универсально применимы ко всем людям на глобальном уровне. Ноосферное образование, основывающееся на целостном подходе к человеку,  наиболее полно реализует идеи пайдейи на современном этапе развития цивилизации.